Турагентствам и небольшим компаниям в сфере туризма в последнее время все чаще предлагают «оптимизировать налоги» с помощью автоматизированной упрощенной системы налогообложения (АУСН). На фоне грядущих изменений в налоговом законодательстве многие воспринимают этот режим как спасительный вариант. Однако эксперты предупреждают: особенно для турагентов такой выбор может обернуться серьезными финансовыми рисками, а в некоторых случаях – доначислениями и конфликтами с налоговой.
Повышение НДС и сокращение лимита выручки для применения упрощенной системы налогообложения без обязанности платить НДС с 60 до 20 млн рублей заставило бизнес искать альтернативы. Логично, что внимание сразу переключилось на АУСН. Этот режим долгое время оставался в тени: им почти никто не интересовался, а информации было минимум. Сейчас же он неожиданно оказался в центре обсуждения, в том числе среди представителей туристического рынка.
У автоматизированной упрощенки действительно есть привлекательные особенности. Во‑первых, сниженная налоговая ставка – 8%. Во‑вторых, отсутствует привычная для бизнеса нагрузка по учету и отчетности: не нужно вести полноценный бухгалтерский учет, сдавать декларации, самостоятельно рассчитывать НДФЛ и страховые взносы с выплат физическим лицам – эти функции берет на себя налоговая служба, используя встроенные алгоритмы и данные онлайн‑касс и банков. Для многих предпринимателей это звучит как идеальный способ «забыть о бумажной работе» и сосредоточиться только на продажах.
Отдельный плюс, привлекший внимание туррынка, – более высокий лимит дохода по сравнению с традиционной упрощенкой. Для компаний на АУСН сохраняется порог в 60 млн рублей годового дохода. На фоне того, что для обычной УСН без НДС планка снижается до 20 млн, такой предел выглядит крайне соблазнительно: формально можно расти по выручке и при этом оставаться на относительно простом налоговом режиме. Именно это обстоятельство и породило интерес турагентов и небольших сетевых компаний, работающих в сфере реализации турпродукта.
Однако эксперты по налогам подчеркивают: универсального решения здесь нет, а для турагентств автоматизированный режим зачастую несет больше минусов, чем плюсов. Главная проблема кроется в том, как система понимает понятие «доход». Алгоритм, заложенный в АУСН, считает доходом все поступления на расчетный счет или через кассу. Для налоговой программы неважно, какие из поступивших денег являются реальной выручкой бизнеса, а какие – транзитными суммами, которые нужно перечислить туроператорам, авиакомпаниям, отелям и другим контрагентам.
В классической схеме работы турагента большая часть средств, которые приходят от клиента, не является его доходом: агент получает вознаграждение (комиссию), а остальная сумма принадлежит поставщику турпродукта – туроператору. В привычных налоговых режимах это учитывается: налог платится с агентского вознаграждения, а не с полной стоимости тура. Но АУСН технически не умеет отделять комиссию агента от общей суммы платежа клиента. Для алгоритма доходом становится весь денежный поток, проходящий через счет.
В результате турагент на АУСН рискует платить налог с полной стоимости реализованных туров, а не только со своей комиссии. В туризме, где вознаграждение агента может составлять, например, 5–10% от цены путевки, это превращает довольно выгодный на бумаге налоговый режим в заведомо убыточный. Фактически бизнесу придется отдавать государству налог с сумм, которые ему не принадлежат и сразу же перечисляются туроператору. Это ставит под угрозу рентабельность и может полностью «съесть» маржу.
Именно поэтому профильные специалисты называют подобные предложения «хитрым налоговым планом»: внешне схема выглядит логичной, но при детальном разборе становится понятно, что она не учитывает специфику агентской модели. Иногда подобные решения продвигаются консультантами или сервисами, не до конца понимающими нюансы расчетов в туризме. В иных случаях туркомпании сами пытаются экспериментировать в надежде выиграть на ставке и лимитах, не просчитав конечную нагрузку.
Тем не менее это не означает, что АУСН полностью непригодна для турбизнеса. Бухгалтеры отмечают, что для некоторых игроков рынка этот режим может быть вполне рабочим. В первую очередь речь идет о небольших туроператорах, для которых почти все поступающие на счет суммы и есть их доход, а не транзитные средства. Туроператор продает уже сформированный продукт и несет ответственность за исполнение обязательств по туру, а значит, модель денежных потоков у него отличается от классического агентства.
Эксперт‑бухгалтер Юлия Зубарева указывает, что небольшие туроператоры могут рассматривать автоматизированную упрощенку как одну из альтернатив, особенно если их годовой оборот укладывается в установленный лимит, а структура доходов относительно проста и прозрачна. В этом случае риск того, что алгоритмы налоговой неправильно поймут выручку, значительно ниже, а преимущества освобождения от отчетности и ведения полной бухгалтерии становятся более заметными.
Однако и здесь не обойтись без тщательного анализа. Специалисты единодушны: выбор налогового режима должен базироваться на подробном финансовом аудите компании. Необходимо просчитать несколько сценариев: как будет считаться налог при разных режимах, какой будет итоговая нагрузка с учетом специфики договоров, размера агентских вознаграждений, сезонных колебаний продаж. В туризме, где выручка может резко меняться по месяцам, важно оценивать картину в целом, а не ориентироваться только на отдельные удачные или неудачные периоды.
Кроме того, важно понимать, что переход на АУСН требует соблюдения формальных процедур и жестких сроков. Компания, которая все‑таки решит выбрать этот режим, должна заранее уведомить налоговый орган о своем намерении. Сделать это необходимо до 31 декабря года, предшествующего началу применения автоматизированной системы. Пропуск срока означает, что воспользоваться этим режимом в следующем году уже не удастся, и придется либо оставаться на текущем, либо выбирать другую сформировавшуюся систему налогообложения.
Отдельная проблема для туркомпаний – отсутствие дополнительных льгот по страховым взносам, на которые многие рассчитывали. Отрасль уже сталкивалась с отменой или сокращением послаблений, поэтому любая новая инициатива, связанная с налогами, воспринимается особенно чувствительно. На этом фоне соблазн «спрятаться» в новом режиме кажется понятным. Но эксперты подчеркивают: смотреть нужно не на обещания и рекламные формулы, а на реальную арифметику.
Турагентствам рекомендуют не полагаться на универсальные советы, а разбирать свою модель работы: как именно проходят платежи, кто формально является получателем средств, в каком объеме используется агентская схема, как строятся отношения с туроператорами и клиентами. В некоторых случаях более выгодной может оказаться традиционная упрощенка даже с новым лимитом, в других – комбинация режимов через разные юридические лица, в третьих – переход на общую систему налогообложения при высокой доле входящего НДС.
Для тех, кто все-таки рассматривает АУСН, важна предварительная «примерка» режима на свои финансовые показатели. Финансисты советуют смоделировать год работы: взять данные по поступлениям, агентскому вознаграждению, комиссиям, расходам, а затем посчитать, сколько налога пришлось бы уплатить при каждом варианте. Только на основании этих цифр можно объективно оценить, выгоден ли новый режим или же это действительно «хитрый план», выгодный всем, кроме самого турагента.
В итоге главный вывод для туррынка таков: автоматизированная упрощенная система налогообложения не является ни универсальным спасением, ни абсолютным злом. Это всего лишь инструмент, который может быть эффективен для одних бизнес‑моделей и крайне опасен для других. Турагентствам, работающим по классической агентской схеме и проводящим через свои счета крупные суммы транзитных средств, стоит относиться к этому инструменту с особой осторожностью и не поддаваться на упрощенные обещания «низкого процента и отсутствия отчетности» без детального просчета всех последствий.