Российский тревел-блогер Алексей Жирухин отправился в одну из самых труднодоступных точек северной России и попытался описать образ жизни местных короткой, но ёмкой фразой: люди там «живут без воды и солнца». Свои впечатления от поездки он изложил в личном блоге, посвятив отдельный рассказ селу Найба в Якутии.
По словам Жирухина, первая мысль, которая приходит в голову приезжему, — это почти полное отсутствие привычных благ цивилизации. Зимой здесь царит долгий мрак, солнце появляется редко и ненадолго, а суровый холод диктует собственные правила выживания. Температуры опускаются настолько низко, что любое техническое оборудование и инфраструктура оказываются под угрозой.
Одно из главных испытаний для жителей Найбы — холод, который меняет даже простейшие бытовые привычки. Блогер рассказывает, что местные никогда не глушат двигатель автомобиля в мороз: если дать машине постоять всего час с выключенным мотором, есть высокая вероятность, что завести её уже не получится. Поэтому во дворах нередко можно увидеть машины, работающие практически непрерывно всю зиму, что для жителя центральных регионов кажется невозможным и расточительным, а здесь воспринимается как вынужденная необходимость.
Не менее суровые реалии — с продуктами питания. По словам путешественника, ассортимент в местных магазинах ограничен, а цены на привычные фрукты сравнимы со стоимостью деликатесов. Жирухин обратил внимание на небольшие, сморщенные яблоки, которые, несмотря на непрезентабельный вид, продаются по цене около 700 рублей за килограмм. Для местных это почти роскошь, а для приезжего — яркий показатель того, насколько дорого обходится сюда доставка любых свежих продуктов.
Особую тему составляет вопрос воды. В селе нет централизованного водопровода, и дело не только в отдалённости. Как отмечает блогер, при таких температурах подземные и наземные коммуникации попросту не выдерживают нагрузки: трубы лопаются, оборудование выходит из строя. Поэтому жители Найбы выработали собственную систему водоснабжения, основанную на природных ресурсах и физическом труде.
Зимой воду фактически добывают изо льда. Мужчины выходят на ближайшее озеро, распиливают толстый слой льда бензопилами, вырезают большие глыбы и перевозят их к домам. Уже в тёплом помещении лёд постепенно тает, превращаясь в питьевую и хозяйственную воду. Этот процесс занимает время и требует сил, поэтому каждая ёмкость с водой здесь ценится буквально на вес золота. Водопроводный кран, к которому привык житель города, заменён продуманной системой заготовки льда, бочек и вёдер.
Отсутствие водопровода тянет за собой и другие особенности быта. Например, по словам Жирухина, многие жители вынуждены тщательно экономить воду, продумывая, когда стирать, мыть посуду или топить баню. Понятие «просто открыть воду и оставить кран» в таких условиях выглядит почти кощунственно. Это заставляет совершенно иначе относиться к ресурсам, которые в мегаполисах кажутся бесконечными и само собой разумеющимися.
Жизнь без солнца — не только красивая метафора. В северных широтах зимой на улицах долго царит полумрак, а короткий световой день проходит почти незаметно. Блогер отмечает, что постоянная темнота и монотонный пейзаж способны давить психологически. Местные, однако, научились с этим жить: много времени проводят дома, общаются с соседями, держат хозяйство, а долгие вечера скрашивают разговорами, семейными делами и редкими развлечениями вроде просмотра фильмов или настольных игр.
Несмотря на суровую действительность, люди в Найбе не воспринимают себя героями выживания. Для них такой быт — привычная норма, с которой они живут с детства. Многие знают, что в крупных городах всё иначе, но покидать родные места готовы далеко не все. Кому-то дорого чувство общности, кому-то — традиционный уклад, возможность жить рядом с природой и вдалеке от суеты. Жирухин подчеркивает, что в разговоре местные редко жалуются, скорее сухо констатируют факты: да, холодно; да, тяжело; но жить можно.
Интерес к подобным селам связан ещё и с тем, что они сохраняют уникальный уклад северной деревни, который постепенно исчезает. Здесь ещё можно увидеть традиционную застройку, старые домики, хозяйственные постройки, а также укоренившиеся привычки, которые формировались десятилетиями: запасание дров на всю зиму, хранение заготовок, особое отношение к топливу и технике. В условиях, когда любая поломка может превратиться в проблему на недели, все относятся к вещам максимально бережно.
Жирухин вспоминает и свою прежнюю поездку в другое якутское село — Русское Устье. Тогда он описал это место фразой «как будто время замерзло 400 лет назад». Там, по словам блогера, особенно остро ощущается, что привычная современная цивилизация заканчивается: нет привычной инфраструктуры, мобильной связи и развлечений, к которым привыкли горожане. Найба, по его впечатлениям, во многом продолжает эту линию — здесь также ощущаешь, что оказался на краю обжитого мира.
При этом подобные сёла нельзя назвать «оторванными от прогресса» полностью. В домах есть техника, многие пользуются мобильными телефонами, пусть и с перебоями связи, а дети смотрят те же мультфильмы, что и их сверстники в столице. Разница в другом: любые достижения техники здесь подчинены суровой природе. Не человек диктует правила, а климат. И каждый прибор, каждая машина, каждое устройство оцениваются через призму вопроса: выдержит ли оно мороз и принесёт ли реальную пользу.
Отдельного внимания заслуживает тема логистики. Чтобы продукты и товары первой необходимости попали в такие сёла, они проходят долгий путь по зимникам, рекам или по воздуху. Это делает каждую поставку дорогостоящей и нерегулярной. Именно поэтому ассортимент и цены в магазинах резко отличаются от привычных городских. Блогер отмечает, что даже простая покупка хлеба или молока здесь воспринимается иначе — как часть сложной цепочки поставок, а не как обычный поход в супермаркет у дома.
Не менее показательно, как климат влияет на здоровье и образ жизни людей. Местные привыкли к холоду, умеют одеваться многослойно, заранее планируют даже короткие выходы на улицу. Дети с ранних лет знают, что нельзя трогать голыми руками металл на морозе, а взрослые следят за тем, чтобы никто не замёрз по дороге в школу или на работу. Жирухин подчёркивает, что для приезжего северная зима кажется экзотикой, но для жителей — это обычная реальность на большую часть года.
С другой стороны, лето в таких селах короткое, но очень ценное. Когда солнце наконец поднимается выше, снег сходит, а воздух прогревается, люди стараются успеть всё: заготовить сено, отремонтировать дома, пополнить запасы. В тёплый период можно подвезти больше товаров, заняться рыбалкой, охотой, собирать дикоросы. Этот резкий контраст сезонов делает жизнь местных цикличной и очень зависимой от времени года.
Истории, которые привозит из поездок Алексей Жирухин, заставляют по-новому взглянуть на карту страны. Там, где на атласах обозначены маленькие точки с неприметными названиями, в реальности живут люди, чья повседневность почти не похожа на жизнь жителей крупных городов. Их быт прост, суров и экономен, но в нём много стойкости и приспособленности к условиям, которые большинству россиян трудно даже представить.
Село Найба в его рассказе становится не просто географической точкой, а символом того самого «севера без воды и солнца», где человек продолжает жить, заводить семьи, строить дома и планировать будущее, несмотря на холод, тьму и отсутствие многих благ цивилизации. И именно в этом, по мысли блогера, заключается особая сила таких мест — они показывают пределы человеческой выносливости и одновременно напоминают, насколько хрупка и условна привычная городская комфортная реальность.