В Госдуме готовят корректировку правил взимания туристического налога
В России вновь обсуждают изменение подхода к взиманию туристического налога. Закон, который дал муниципалитетам право вводить такой сбор, действует с начала 2025 года, и за прошедшее время стали очевидны недостатки нынешней модели. Часть опасений участников рынка, прежде всего отельеров, не только не развеялась, но и полностью подтвердилась на практике.
Основная претензия бизнеса связана с тем, как именно сейчас рассчитывается налог. Формально он привязан к бронированию, а не к фактическому проживанию гостя. При этом по закону турист имеет право в любой момент отказаться от забронированного размещения, изменить даты, сократить или вовсе отменить поездку. Однако действующая схема не учитывает эти обстоятельства, и налог часто начисляется с сумм, которые в итоге не превращаются в реальные услуги.
Представители гостиничного сектора настаивают: налог нужно считать не с предоплаты и не по факту бронирования, а исходя из реально оказанных услуг — то есть за те дни, когда турист действительно проживал в гостинице, апартаментах или санатории. Логика проста: если гость не доехал или сократил пребывание, объект размещения не получил доход, а значит, должен уменьшиться и налог.
Дополнительная проблема — наличие минимальной фиксированной ставки. Сейчас она, по мнению отельеров, слабо привязана к реальной стоимости размещения и может оказаться непропорционально высокой для бюджетных гостиниц, хостелов, гостевых домов и сезонных объектов. Представители отрасли предлагают перейти на процентную модель: взимать налог как долю от стоимости фактически оказанных услуг, без жесткой «минималки», одинаковой для всех. Это, уверены участники рынка, сделает систему более справедливой и прозрачной как для бизнеса, так и для туристов.
Соответствующие предложения уже направлены в Минфин. Инициаторы поправок рассчитывают, что новая модель позволит снизить административную нагрузку на гостиницы и уменьшит число конфликтных ситуаций, когда налог выставлен, а услуга фактически не оказана.
В ходе первого года практики применения туристического налога всплыли и менее очевидные «подводные камни». Один из них касается детских лагерей. Многие такие объекты в межсезонье — вне школьных каникул — могли бы использовать свою инфраструктуру для размещения туристов, спортивных сборов, корпоративных мероприятий. Часть лагерей прошла классификацию, временно переориентировалась на взрослую аудиторию и честно отработала сезон.
Однако именно эти объекты столкнулись с неожиданной проблемой: им был начислен туристический налог сразу за весь год, а не за период фактического размещения туристов. В результате использование инфраструктуры лагерей в межсезонье стало экономически сомнительным, хотя изначально такая схема рассматривалась как способ поддержать и сами объекты, и внутренний туризм в целом.
Участники рынка настаивают на необходимости дифференцированного подхода к сезонным объектам. По их мнению, для детских лагерей, баз отдыха и других площадок с ярко выраженной сезонностью логично считать налог только за периоды, когда они действительно работают как коммерческие средства размещения. Это позволило бы не «убивать» инициативу тех, кто готов вкладываться в инфраструктуру, модернизацию и привлечение новых категорий туристов.
Еще один вопрос, который поднимают эксперты, — прозрачность и понятность для самих путешественников. Сегодня туристический налог нередко воспринимается как скрытый платеж: люди видят одну цену при бронировании, а итоговая сумма при заселении оказывается выше. При переходе на процентную модель от фактической стоимости проживания гостиничный бизнес предлагает закрепить единое правило: налог должен быть явно прописан в итоговой цене или отдельной строкой в счете, без неожиданных доплат «по месту».
Важный контекст дискуссии — постепенное повышение верхней планки налога. С 2026 года максимальная ставка туристического сбора увеличится до 2% от стоимости проживания. Муниципалитеты могут устанавливать конкретный размер в пределах этого лимита, и многие регионы уже задумываются, как использовать эту возможность для пополнения бюджета и развития туристической инфраструктуры.
Однако представители отрасли предупреждают: сочетание высокой ставки, неудобной схемы расчета и дополнительных административных барьеров может привести к обратному эффекту. Часть туристов начнет экономить на поездках, сокращать сроки проживания или выбирать альтернативные варианты — например, неформальный сектор без официальной регистрации и, соответственно, без уплаты какого-либо налога.
Сторонники реформы предлагают увязать размер налога с реальными обязательствами муниципалитетов по развитию туризма. По их мнению, жителям и гостям должно быть понятно, на что именно идут собранные средства: улучшение набережных, общественного транспорта в туристических зонах, создание набережных и парков, благоустройство пляжей, развитие сервисов навигации, увеличение числа культурных и спортивных мероприятий. Прозрачность расходования средств могла бы повысить доверие и поддержать идею налога в глазах общества.
Обсуждается и возможность введения более гибкой системы, учитывающей тип объекта и категорию путешественников. Например, для социального туризма, школьных групп, студенческих программ или лечебно-оздоровительных поездок можно было бы устанавливать пониженную ставку или вовсе освобождать такие категории от налога. Это особенно актуально для детских лагерей и санаториев, работающих с несовершеннолетними или льготниками.
Экономисты обращают внимание на еще один аспект: туристический налог — это по сути надбавка к стоимости проживания, которая повышает конечную цену для потребителя. В условиях растущих расходов на транспорт и услуги размещения дополнительный сбор даже в размере 1–2% может стать фактором, влияющим на выбор направления отдыха. Особенно остро это чувствуется в сегменте внутреннего массового туризма, где многие семьи считают каждую статью расходов.
Представители гостиничного бизнеса отмечают, что корректно выстроенный налог способен, напротив, сыграть позитивную роль. Если средства будут целенаправленно вкладываться в улучшение городской среды, привлекательности курортов, создание новых маршрутов и объектов притяжения, то в перспективе это приведет к росту турпотока и компенсирует возможные краткосрочные издержки. Но для этого, подчеркивают участники рынка, необходимо обновить правила игры уже сейчас, пока практика начисления налога окончательно не закрепилась в своей нынешней спорной форме.
В Госдуме и профильных ведомствах сейчас анализируют первые результаты применения туристического налога и предложения отрасли. Обсуждение идет вокруг нескольких ключевых принципов:
* переход к начислению налога по факту оказанных услуг, а не с предоплаченных, но несостоявшихся броней;
* отказ от жесткой минимальной ставки в пользу процентного расчета;
* учет сезонности и особенностей отдельных категорий объектов, в том числе детских лагерей;
* повышение прозрачности для туристов и привязка расходования средств к конкретным проектам развития инфраструктуры.
Окончательные решения еще предстоит принять, однако сам факт начала дискуссии о корректировке правил взимания туристического налога показывает: государство и бизнес понимают необходимость балансировать между пополнением региональных бюджетов и сохранением доступности путешествий по стране. Как будет выглядеть новая модель, станет ясно ближе к моменту, когда максимальная ставка налога поднимется до 2% в 2026 году.